![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
enot06Какая может быть самая страшная месть прошлому? Я вижу пару вариантов - один Оруэллский, то есть "нельзя изменять правде, надо изменять правду" (с) (Станислав Ежи Лец). Другой - забвение. И то, и другое уже имеет место в российской действительности. Забвением мы отомстили со страшным размахом уже в поколении наших детей.
Я и мой друг - художник Марк Ибшман водили детей - Таню-Рут и ее двоюродного брата и сверстника, проживающего в Москве, по центру. Началось с того, что мы ехали на трамвае по Вавилова, и при виде стеллы с космонавтом на площади 60-летия Октября я спросила Таню - а это кто? "Ленин?" - предположила Таня. И засмущалась, потому что люди в трамвае стали обращать на нее внимание. Дальше мы ходили от Пушкинской по Тверской к Красной площади и прикалывались, задавая вопросы детям. "А это кто: Ленин, Пушкин или Гагарин? - Неправильно, дети, это Юрий Долгорукий." Там еще Чехов есть в Камергерском. А уж Минин и Пожарский, их в лицо не узнать. Приятно было у памятника героям Плевны, потому что племянник неожиданно гладко прочел на старословянском про зерно, которое не умрет, упадши в землю.
В силу этого я всячески за неразрушение памятников и за восстановление памятника Дзержинскому. В моей семье сидел дед с отцовской стороны по анекдотическому обвиниению (отдельная тема), так что я знаю, что говорю. Если вытеснить прошлое, потом всю нацию (включая и тех, кого раскидало по свету) надо будет лечить от невроза.
Я и мой друг - художник Марк Ибшман водили детей - Таню-Рут и ее двоюродного брата и сверстника, проживающего в Москве, по центру. Началось с того, что мы ехали на трамвае по Вавилова, и при виде стеллы с космонавтом на площади 60-летия Октября я спросила Таню - а это кто? "Ленин?" - предположила Таня. И засмущалась, потому что люди в трамвае стали обращать на нее внимание. Дальше мы ходили от Пушкинской по Тверской к Красной площади и прикалывались, задавая вопросы детям. "А это кто: Ленин, Пушкин или Гагарин? - Неправильно, дети, это Юрий Долгорукий." Там еще Чехов есть в Камергерском. А уж Минин и Пожарский, их в лицо не узнать. Приятно было у памятника героям Плевны, потому что племянник неожиданно гладко прочел на старословянском про зерно, которое не умрет, упадши в землю.
В силу этого я всячески за неразрушение памятников и за восстановление памятника Дзержинскому. В моей семье сидел дед с отцовской стороны по анекдотическому обвиниению (отдельная тема), так что я знаю, что говорю. Если вытеснить прошлое, потом всю нацию (включая и тех, кого раскидало по свету) надо будет лечить от невроза.
