Студенты и долг чести
Jan. 16th, 2003 02:20 pmОдна папина однокурсница, будучи на шестом курсе медицинского, говорила во всеуслышанье -"Я все это не понимаю - любовь, мужчины, может у меня какие-нибудь гормональные нарушения?" Идейная, в партию вступила в 20 лет. Собиралась в аспирантуру. Но туда ее не взяли - за донос.
Она услышала, как перешучиваются ее однокурсники:
- А ты ведь, небось, из тех самых - знал я одного генерала Н.
- Да и я знала помещика Т.
Девушка поступила так, как подсказывало ей чувство долга - написала заявление в партком - такие-то утаивают свое происхождение. Профессор, к которому она шла в аспирантуру, отказался ее брать.
Это было вскоре после смерти Сталина. Кстати, не попав в аспирантуру, она со временем вышла замуж и родила детей.
Перед экзаменами в конце третьего курса, в 1951, арестовали одногруппника Юру В. Его родители были расстреляны по статье КРТД - троцкисты. Вся группа, 10 человек, писала ему письма. Собрали деньги и послали общую посылку - сапоги.
Началась сессия, писать перестали - потом уже, вернувшись после смерти Сталина, он говорил, что в тот момент подумал - всех посадили. Никого, кстати, не тронули.
Все это к тому, что парализующий ужас Сталинских времен в воображении не живших тогда представляется чем-то абсолютным. А это было не так, по наивности, незнанию или долгу чести многие люди продолжали вести себя как люди.
Другие по тем же причинам писали доносы.
Она услышала, как перешучиваются ее однокурсники:
- А ты ведь, небось, из тех самых - знал я одного генерала Н.
- Да и я знала помещика Т.
Девушка поступила так, как подсказывало ей чувство долга - написала заявление в партком - такие-то утаивают свое происхождение. Профессор, к которому она шла в аспирантуру, отказался ее брать.
Это было вскоре после смерти Сталина. Кстати, не попав в аспирантуру, она со временем вышла замуж и родила детей.
Перед экзаменами в конце третьего курса, в 1951, арестовали одногруппника Юру В. Его родители были расстреляны по статье КРТД - троцкисты. Вся группа, 10 человек, писала ему письма. Собрали деньги и послали общую посылку - сапоги.
Началась сессия, писать перестали - потом уже, вернувшись после смерти Сталина, он говорил, что в тот момент подумал - всех посадили. Никого, кстати, не тронули.
Все это к тому, что парализующий ужас Сталинских времен в воображении не живших тогда представляется чем-то абсолютным. А это было не так, по наивности, незнанию или долгу чести многие люди продолжали вести себя как люди.
Другие по тем же причинам писали доносы.