О прекрасном

По маминой линии я, значит, с Москвы.
А по папиной - с Украины.
Бабушка Сарра, папина мама, как я уже упоминала, родилась в селе Плетеный Ташлык под Кировоградом.
Родители ее были религиозные евреи. Бабушка на моей памяти варила борщ со свининой, в тарелку борща клали сметану*. В старости она болела, ее надо было кормить. Как-то я приготовила ей рыбу, сома - она отказалась его есть. Смутно подозревая, что это может иметь какое-то отношение к кошруту, я спросила - твоя мама его не готовила? Оказалось так**. Но это было уже в глубокой старости, возвращение к корням.
Папа научил меня солить сало. Сало продавалось в какой-то момент свободно. Без очереди. Не было там ничего в этом нашем гастрономе, за чем могла бы стоять очередь. Конец всему выглядел как аккуратно разложенные голубые пластмассовые угольники (напротив был магазин "Культтовары", может там одолжили) - и больше ничего. Но в другие времена бывало жирно. Салат дальневосточный из морской капусты совершенно бесплатно, майонез весенний, молоко 6%.
Сало натирается солью, шпигуется чесноком, заворачивается в тряпочку. Через дня три в холодильнике оно просаливается и прошпиговывается. Резать надо тонко, оно еще такое розовое на просвет. Конечно, с простым ржаным хлебом (бородинский только замутняет чистый вкус сала). Я была школьница тогда, но могу предположить, что с водкой прекраснее не придумаешь.



------
*Уж не знаю, что и хуже - есть свинину или мясное с молочным.
**У сома нет чешуи, поэтому он непригоден для кошерной кухни.

Вожделение и диета для потолстения

Жила себе в Москве и никогда не вожделела еду. Приходя на рынок за мерочкой зиры, я скользила взглядом мимо гор фруктов с картин старых мастеров - о, эти затуманившиеся виноградины, а с ними вместе - Завтрак с омаром - все это из области искусства. В обычных гастрономах, куда я ходила не в пример чаще, вожделеть было особенно нечего. Купил и пошел домой со своей мороженой курицей. Бублики вот - это была радость, но опять же купил и пошел. Все было доступно или его не было вообще. Какое тут вожделение.

Живя в Иерусалиме, я вожделела всего и все время. Я вожделела селедочки всех цветов в рыбном ряду рынка Махане Иегуда. Я вождела рыбу в любом виде. Оливки 30 сортов. Я вожделела пиццу с рекламы перед пиццерией по дороге домой (потом там стало другое кафе, в котором был терракт полтора года назад). Я вожделела какие-то сухие плюшки в ларьке на углу. Незадолго до родов на меня нашло рисовое безумие. Я без конца варила и ела рис (в лавке за рынком на улице Агрипас его было не меньше дюжины сортов).
Плюньте в глаза тому, кто скажет, что это были капризы беременной. Мне просто и откровенно все время хотелось жрать. Без капризов. Меня не тошнило ни от какой пищи. Меня сейчас тошнит при мысли о том, что я покупала на шуке куриные шкварки (страшно дешево, их покупали только русские, а что не покупалось, в конце дня выкидывалось под прилавок), жарила и ела. Н. не могла даже смотреть на это, хотя вообще любила покушать.
Вот тогда я была толстая и нравилась восточным мужчинам.