Странный мальчик
Dec. 4th, 2011 02:18 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
enot06Он попал в группу полудурков.
Там оказалось всего три человека, кроме него. Два мальчика, которых протолкнули по линии благотворительности. У одного семья начала давать огромные деньги на этот математический лагерь, когда лагерь был только в голове у основателей, а мальчик стал приносить "A" по математике в начальной школе, и все возлагали большие надежды на развитие математического таланта у младшего в клане, и на будущее чудо новаторского математического образования, о котором узнали через надежных людей. Будущий вундеркинд стал ходить к будущим основателям на пробный математический кружок для малышей, и все были довольны. Но к середине средней школы мальчик не слезал с "C", и формально не должен был попасть на отборочные тесты. У другого была бедная семья, которую и семьей было назвать трудно, потому что она состояла из отца, которые работал уборщиком в университете, и бабушки со стороны матери, которая, оплакав рано ушедшую дочь (подумать только - смерть от туберкулеза в цивилизованной стране), подвинулась рассудком на лучшем будущем для единственного внука с дальним прицелом на бесплатное обучение в универистете, где работал зять, и сумела последовательно и совершенно бесплатно поместить его во множество программ по обучению математике; мальчик был вышколенный, но соображал замедленно. Против бабушки и неблагоприятных обстоятельств жизни обездоленного ребенка отбор был бессилен. Результаты тестов в обоих случаях перечеркнули словом "Принят". И еще была способная девочка с бразильскими корнями, у которой снесло крышу на почве гормональной перестройки, она влюбилась в учителя Сергио, фанатика раннего математического образования. Они там все были фантики, эти молодые учителя и один профессор на пенсии. Поскольку система предполагала ротацию детей и учителей, Анита увидела Сергио в конце второго дня занятий в лагере. Она решила предложенную задачу, но на следующий день, после практически бессонной ночи с мечтами о Сергио, она справлялась с задачами намного хуже, а попав опять к Сергио, просто оцепенела и не смогла понять условия задачи, которую он объяснял с артистизмом и личной заинтересованностью.
К концу первой недели сложилась эта группа, с которой занимались по очереди, причем у каждого учителя вначале были надежды на ротацию детей, но ничего не вышло, и в учительском туалете звучали рассказы об опыте каждого, полные чуть ли не отчаянья.
Дело в том, что лагерь этот был детищем двух студентов и одной студентки, девушки из математической династии Мириам, которые придумали систему быстрого продвижения детей на соответствующий уровень, индивидуальный для каждого участника программы.
Детей отбирали по оценкам в школе (не ниже "В" в продвинутом классе, "А" в обычном), по результатам стандартизированных тестов, если таковые имелись в наличии, и по
отборочным тестам, разработанным специально для этой цели. В отборочные тесты входило маленькое эссе на тему: "Почему я хочу поехать в лагерь Желтый Воробей этим летом". Начальные условия таким образом предполагали, что дети способны к математике и желают учиться летом.
То, что четыре ученика отсортировались в группу без динамики, противоречило идеям, котрые были положено в основу систему обучения.
Дети начинали занятия в двух бoльших группах в присутствии половины учителей. Им объясняли базу для определенной темы.
Для положительных целых n
аn = a*a*a...*a n раз.
a1 = a.
a0 x a = a1 = a.
Отсюда а0 = 1.
После чего дети при поддержке взрослых выводили
a(m+n) = am x an
Те, кто не мог с этим спрвиться, оставался в классе с пропрорциональным размеру группы количеством учителей, а остальные следовали за группой учителей в другую комнату.
Там они выводили а(-1) = 1/a
Те, кто не справлялся, оставались, и уменьшившаяся группа учителей с учениками продвигалась дальше:
a(m-n) = am / an
(am)n = am x n
(a x b)n = an x bn
Группы тех, кто двигался, сливались с параллельными группами своего уровня.
Между тем, в буквальном смысле слова отставших группах ученики приходили к тем же математическим выводам, но в замедленном темпе. Идея состояла в том, что индивидуальный темп продвижения будет разный, но динамика будет у всех. И когда к концу недели осталась группа из четырех учеников, которые дошли до некоего предела, и дальше не двигались, то есть не понимали, что
(1+1/n)n → e, когда n→∞,
то учителя несколько опешили. У них был опыт преподавания в продвинутом классе, у них был опыт ведения занятий в кружках, но собственно лагерь для будущих семиклассников им удалось организовать впервые.
Да, вот так. Дети не понимали, о чем речь.
Что с ними было делать оставшиеся две недели лагеря, не было предусмотрено новаторской системой. Учителя обсуждали, должны ли они перейти на индивидуальные занятия, и тогда есть надежда сдвинуть с места хотя бы кого-то из отставших. Или же давать задачки на том уровне, на котором застряли эти ученики, чтобы они были заняты и получали удовлетворение от работы.
Продолжение следует
Там оказалось всего три человека, кроме него. Два мальчика, которых протолкнули по линии благотворительности. У одного семья начала давать огромные деньги на этот математический лагерь, когда лагерь был только в голове у основателей, а мальчик стал приносить "A" по математике в начальной школе, и все возлагали большие надежды на развитие математического таланта у младшего в клане, и на будущее чудо новаторского математического образования, о котором узнали через надежных людей. Будущий вундеркинд стал ходить к будущим основателям на пробный математический кружок для малышей, и все были довольны. Но к середине средней школы мальчик не слезал с "C", и формально не должен был попасть на отборочные тесты. У другого была бедная семья, которую и семьей было назвать трудно, потому что она состояла из отца, которые работал уборщиком в университете, и бабушки со стороны матери, которая, оплакав рано ушедшую дочь (подумать только - смерть от туберкулеза в цивилизованной стране), подвинулась рассудком на лучшем будущем для единственного внука с дальним прицелом на бесплатное обучение в универистете, где работал зять, и сумела последовательно и совершенно бесплатно поместить его во множество программ по обучению математике; мальчик был вышколенный, но соображал замедленно. Против бабушки и неблагоприятных обстоятельств жизни обездоленного ребенка отбор был бессилен. Результаты тестов в обоих случаях перечеркнули словом "Принят". И еще была способная девочка с бразильскими корнями, у которой снесло крышу на почве гормональной перестройки, она влюбилась в учителя Сергио, фанатика раннего математического образования. Они там все были фантики, эти молодые учителя и один профессор на пенсии. Поскольку система предполагала ротацию детей и учителей, Анита увидела Сергио в конце второго дня занятий в лагере. Она решила предложенную задачу, но на следующий день, после практически бессонной ночи с мечтами о Сергио, она справлялась с задачами намного хуже, а попав опять к Сергио, просто оцепенела и не смогла понять условия задачи, которую он объяснял с артистизмом и личной заинтересованностью.
К концу первой недели сложилась эта группа, с которой занимались по очереди, причем у каждого учителя вначале были надежды на ротацию детей, но ничего не вышло, и в учительском туалете звучали рассказы об опыте каждого, полные чуть ли не отчаянья.
Дело в том, что лагерь этот был детищем двух студентов и одной студентки, девушки из математической династии Мириам, которые придумали систему быстрого продвижения детей на соответствующий уровень, индивидуальный для каждого участника программы.
Детей отбирали по оценкам в школе (не ниже "В" в продвинутом классе, "А" в обычном), по результатам стандартизированных тестов, если таковые имелись в наличии, и по
отборочным тестам, разработанным специально для этой цели. В отборочные тесты входило маленькое эссе на тему: "Почему я хочу поехать в лагерь Желтый Воробей этим летом". Начальные условия таким образом предполагали, что дети способны к математике и желают учиться летом.
То, что четыре ученика отсортировались в группу без динамики, противоречило идеям, котрые были положено в основу систему обучения.
Дети начинали занятия в двух бoльших группах в присутствии половины учителей. Им объясняли базу для определенной темы.
Для положительных целых n
аn = a*a*a...*a n раз.
a1 = a.
a0 x a = a1 = a.
Отсюда а0 = 1.
После чего дети при поддержке взрослых выводили
a(m+n) = am x an
Те, кто не мог с этим спрвиться, оставался в классе с пропрорциональным размеру группы количеством учителей, а остальные следовали за группой учителей в другую комнату.
Там они выводили а(-1) = 1/a
Те, кто не справлялся, оставались, и уменьшившаяся группа учителей с учениками продвигалась дальше:
a(m-n) = am / an
(am)n = am x n
(a x b)n = an x bn
Группы тех, кто двигался, сливались с параллельными группами своего уровня.
Между тем, в буквальном смысле слова отставших группах ученики приходили к тем же математическим выводам, но в замедленном темпе. Идея состояла в том, что индивидуальный темп продвижения будет разный, но динамика будет у всех. И когда к концу недели осталась группа из четырех учеников, которые дошли до некоего предела, и дальше не двигались, то есть не понимали, что
(1+1/n)n → e, когда n→∞,
то учителя несколько опешили. У них был опыт преподавания в продвинутом классе, у них был опыт ведения занятий в кружках, но собственно лагерь для будущих семиклассников им удалось организовать впервые.
Да, вот так. Дети не понимали, о чем речь.
Что с ними было делать оставшиеся две недели лагеря, не было предусмотрено новаторской системой. Учителя обсуждали, должны ли они перейти на индивидуальные занятия, и тогда есть надежда сдвинуть с места хотя бы кого-то из отставших. Или же давать задачки на том уровне, на котором застряли эти ученики, чтобы они были заняты и получали удовлетворение от работы.
Продолжение следует
