Живаго

[enot06]

aculeata сравнивает современную ситуацию и времена самиздата:

"хорошие книги" издаются микроскопическим тиражом, и в отсутствие запретов практически не распространяются. (Запреты подогревали страсти к распространению самиздата.)
Впрочем, скоро будут и запреты.

Помотрела нашего "Доктора Живаго". Понравилось - не пронравилось, дело вкуса (мне понравилось, только в последних двух сериях кое-где резануло). Подумалось, что когда запретят этот фильм, это и будет четкая граница между смутным временем и "твердой рукой". А может, обойдутся без четкой границы.

Comments

[maxnicol.livejournal.com]

Мне кажется, что особенность этой власти в каком-то - хотя, казалось бы, куда уж дальше после советской власти - дополнительном цинизме. Они поняли, что ничто, никакие соершаемые этой властью гнусности не способны поколебать любовь основной части населения ни к этой власти, ни к родине в целом. Можно, сидя на нефтяных деньгах стабилизационного фонда, платить нищенские деньги учителям, врачам, библиотекарям, пенсионерам, инвалидам; можно довольствоваться существующей системой здравоохренения; можно поддерживать армию, основанную на унижениях и с высоким коэффициентом смертности - народ все равно будет поддерживать курс президента, как и любые смены галсов.
А недовольных, которые будут всегда - в частности, радикальную часть молодежи - достаточно контролировать, опекать и подсказывать им, кто виновен в их неблагополучии в конкретно данный момент: клеветники-журналисты, незаконные иммигранты, евреи...

Но никакие - догадалась власть - пусть даже самые обличающие, произведения искусства не поколеблют этой иррациональной любви народа к сильной жестокой руке хозяина. А значит, и запретов никаких больше не будет: искусство власти не страшно.
Будет трусливая самоцензура - она уже появилась. Возможно, будет медленная подмена произведений искусства тошнотворной отупляющей жвачкой: недаром же растут тиражи Донцовой, Устиновой и Робски, а эфирное время уверенно распахивается под Заворотнюк и юиористов калибра Воробей и Петросяна.
Будут продолжаться погромы выставок, избиения галеристов, убийства журналистов - и, даже, может быть писателей.
А вот запретов, похоже, уже не будет. Тем более - классики.