enot06

Театр "Бум". Итак, спектакль.

Во вступлении пел Мотя, он не только пел, но и сам доработал мелодию для своей песни. Моте десять. Вообще же музыкальным спектакль сделал

dklein. Ему, как стало недавно известно, сорок.
Вообще, фантастика. Режиссер-сценарист-постановшик

yiddishe_mama сумела сделать спектакль, в котором чудесная постановка "Иван Иваныч Самовара" силами большой группы от мала до детей среднего возраста перетекала в "Несчастная кошка порезала лапу" в постановке маленькой группы детей от четырех до, скажем, шести лет, а когда обэриутский бред для взрослых разворачивался в редакции журнала "Чиж", и на сцене были подростки 13-17 лет. Имелось среднее поколение 9-12 летних, уже выступающих так, что видно – идет достойная смена, а малышей было видимо–невидимо.

- Дети – это гадость – особенно, когда поют или пляшут... О них говорят, что они невинны. А я считаю, что они, может быть, и невинны, да только уж больно омерзительны, в особенности, когда пляшут. Я всегда ухожу оттуда, где есть дети.

Первое отделение закончилось тем, что дворник в ушанке шуганул всех метлой. Мы поспешили к мальчикам. И поспели как раз вовремя – Сима со страху, что дворник кричит "Пшли, пшли отсюда", и все расходятся на антракт, приготовился реветь, а Ося держал его на руках и утешал. На второе отделение мы забрали Симу к себе. Он узнал Таню (попрошу заметить, что оба ее костюма – приличный для умной Маши и романтический для поэтессы, сняты с моего плеча и бедра), тянул руки к сцене и курлыкал по-своему.

Спектакль был анонсирован как "Не очень детский спектакль в двух отделениях с песнями, шутками и приставаниями".
Первое отделение было детское, второе - действительно, недеццкое. Как и Хармс вообще. Подростки дошли общим числом до девяти, в темноте лиц не разглядеть, а в руках у них были светящиеся шары…

Был такой эпизод: Мышин лежит на полу в коридоре, потому что он там прописан, а комнаты у него нет. Таня по роли жаловалась “Совершенно невозможно ходить по коридору. Я не могу вечно шагать через мужчину. А он нарочно ноги вытянет, да еще руки вытянет, да еще на спину ляжет и глядит”. Перед спектаклем она сказала озабоченно – надену спортивные трико под юбку, а то он лежит и смотрит.

Взрослые тоже выступили – в качестве понятых, а еще – великолепный профессор Трубочкин, ну, и про дворника речь уже была.

В заключение прозвучала разноголосица "Чижей", на сцене оказалось человек, я думаю, тридцать.

Мне понравилась динамика и пластика спектакля (единственное, пожалуй, что не показались удачным - анекдоты про писателей). Но я – во-первых, лицо заинтересованное, во-вторых, с юности люблю обеэриутов, Хармса читала километрами наизусть, когда он еще ходил в ксерокопиях.
Таня, прочитав сценарий в первый раз, спросила – что за бред? Потом втянулась. Дело такое, чем больше повторяешь этот бред, тем больше входишь во вкус.

Аудитория состояла в значительной степени из родных и знакомых кролика всех возрастов, но были и просто зрители. Интересно бы узнать их мнение. Слышала, например, что сверстникам наших подростков было непонятно, что происходит – и от взрослых, и от одной сверстницы. Привычка нужна, это да.
Ужасно рада, что дочь моя теперь может смеяться над тем, что мне казалось смешным в ее возрасте. Это нам с ней такой бонус от спектакля.