Жаль, что нельзя с тобой выпить...

[enot06]

Училась я в школе с одноклассником, по имени, допустим, Пастушенко.
Меня к нему прикрепили в качестве учебного сектора заниматься математикой.
Из этого ничего особо не вышло, то ли мои педагогоческие наколонности были слишком слабые, то ли его гуманитарные слишком сильные.
Стал журналистом.

Пока то да се, квадратные уравнения, мы еще что-то обсуждали про разное, вне предмета.
Однажды твердокаменная учительница истории - чти ли он разговаривал на уроке -- назвала его голосистым украинцем. И ты, Пастушенко, голосистый украинец, замолчи.
-- Как, - говорю я во время наших внеклассных занятий, - она тебя нехорошо обидела по национальной линии.
-- Да ничего страшного, - отвечает Пастушенко, -- она же не евреем меня назвала.
Я там одна была прописана в классном журнале "еврейка". И интересовало это только меня и еще одного еврея наполовину. Графа "национальность" в школьном журнале на мою школьную жизнь повлияла мало. А это был просто смешной эпизод из школьной жизни.
***
Идем после встречи класса в ресторане на Новинском бульваре по майской ночной Москве, погода прекрасная, Москва тоже, третий час ночи. Пастушенко после всего шампанского и вина напоследок заказал известный официантам напиток с виски - и сливками отдельно.
Он, значит, захотел пройтись, заодно взялся проводить, а я там везде ходила пешком, если не считать поездки на метро ул. Подбельского (мне там было пешком до ул. Просторная, и по дороге давали мороженое в вафельном стаканчике за 15 руб., если кто понимает).

-- ... в Москве и Подмосковье.
Он травит свои байки, а я свои. У меня был прорыв - истории ветвились и не кончались - на почве джетлега и общего недостатка сна (там в Москве оно так и вышло весь срок, ложиться в три и позже, а вставать в 10 или 9). У Пастушенко же оно было профессиональное, к тому же, очевидно, это было его время суток.
-- Не знаю, - говорю, - как вообще два человека такого типа могут общаться.
-- Давай лучше зайдем куда-нибудь, выпьем, и все обсудим.
Потом он стал рассказывать, при каких обстоятелствах и сколько ему доводилось выпить пива.
-- Пастушенко, -- озарило меня , - ты что, алкоголик?
-- Да, при таком образе жизни становятся алкоголиками, - согласился Пастушенко, - это профессиональное. Но на тот объем алкоголя, который я выпиваю, я пью столько же воды, этим и спасаюсь. А давай все же зайдем куда-нибудь, выпьем, посидим спокойно?
-- Понимаешь, сейчас три часа ночи, у меня джетлег, я выпила полбокала шампанского, и все (там было что пить).


Уже у дверей моего подъезда: -- А все-таки жаль, что ты не пьешь. Давай я твой московский телефон запишу, может еще встретимся.
Пастушенко сам вырос большой на пиве. И лапы у него крупные.
Он достал мобильный телефон размером с том из соб. соч. Л. Н. Толстого 1953 г.
-- Ого, какой телефон!
(Мой телефончик размером с футляр от очков мне держать удобно, а этот пришлось бы двумя руками).
-- Да, и я хочу, чтобы он был еще больше. Это избавит меня от необходимости носить с собой таблетку. Которой у меня к тому же нет.

На это месте я пошла спать, а что сделал Пастушенко, не знаю:
- поехал на Курский вокзал, как известный герой известного произведения
- пошел домой спать
- зашел куда-нибудь выпить?


---
Таблетка - как я заметила, русское название для touch-screen devices, в основном айпэдов и андроидов.

Comments

[uzheletta.livejournal.com]

слушай, ты так замечательно пишешь, просто нет слов.
я прочитала просто как законченный рассказ.

[enot.livejournal.com]

Спасибо на добром слове.
Оно, может, было в голове, пока я в метро каталась на работыу - с работы, а записать времени не было. В 6 утра отвезла Л. с Осей в аэропорт, свободное воскресенье. Написалось.

[saag.livejournal.com]

это называется "дискурс" - вот это что! ))